Новости
Архив публикаций
Научный журнал
Свежие газеты

Политика в WWW
Технология кампаний
Исследования
Выборы-справочник
Законы о выборах


От редактора
О проекте
Информационные спонсоры

Наш форум
Гостевая книга
Пишите письма
Top
Исследования

 
Политик и общество
 

"Руководящее меньшинство и "управляемое большинство"

(Р.Михельс об олигархических тенденциях в политических партиях)

В современных государствах существование и деятельность политических партий представляют собой общепризнанное и общераспространенное явление. Эволюция взглядов исследователей на понятие "политическая партия" и сущность этого социально-политического института происходила вместе с изменениями экономических и политических условий жизни общества.

Прототипы современных политических партий, существовавшие в ХVII-XIX веках, отличались тем, что были небольшими по численности, носили характер элитарных клубов и действовали преимущественно в стенах парламента, объединяя в своих рядах в основном депутатский корпус. Такие протопартии впервые появились в Англии. Именно здесь в XVII веке сформировался первый в истории парламент. Введение всеобщего избирательного права в конце XIX-начале XX века привело к качественным изменениям в характере функций, способах организации и методах политической деятельности ставших "массовыми" партий, что, в свою очередь, потребовало нового осмысления этого социально-политического феномена.

Марксизм в определении сущности политической партии исходит прежде всего из ее классовой природы. Признание социально-классовой природы политических партий, обуславливающей все другие признаки и определяющей их функции, является главным методологическим требованием марксистско-ленинского анализа[1].

Анализируя причины, вызвавшие появление политических партий, В.И.Ленин на первое место ставил политическую борьбу антагонистических классов, самым цельным, полным и оформленным выражением которой, по его мнению, выступала борьба партий[2].

Политическая партия в марксистско-ленинском понимании - это политическая и идеологическая организация определенного класса или социальной группы общества, причем наиболее сознательная и организованная часть класса (группы), его (ее) организующая и руководящая сила. Главным в деятельности политической партии считается ее способность к отстаиванию классовых и групповых интересов. Исходя из этого, партия всегда рассматривалась как некий инструмент, как средство для решения классовых задач. Этим методологическим требованиям в полной мере отвечало выработанное В.И.Лениным учение о партии нового типа - авангардной классовой организации пролетариата, возглавляющим борьбу рабочего класса за завоевание политической власти.

В отличие от марксистских либеральные теоретики в конце XIX-начале XX вв. представляли политические партии в виде общественных групп, которые объединяют общие взгляды и стремления в политической деятельности. Именно в этот период большую известность получили работы о партиях, написанные М.Острогорским, Р.Михельсом, Дж.Брайсом, позднее М.Вебером, которых современные исследователи относят к основоположникам науки о партиях[3].

В отечественной историографии разработка проблематики политических партий и партийных систем традиционно базировалась на ленинском партийно-теоретическом наследии, делавшем главный акцент на социально-классовой сущности этого политического института. И только с середины 80-х годов обозначился отход от традиционных методологических установок в отношении сущности и назначения партий сторону большего теоретико-методологического плюрализма исследовательских подходов к их изучению. Не случайно и то, что в отечественной историографии практически не существует фундаментальных работ, посвященных анализу идейно-теоретического наследия либеральных исследователей партий конца XIX-начала ХХ вв. А необходимость такого рода исследований, по нашему мнению, весьма актуальна, ибо без изучения теоретико-методологических истоков очень трудно анализировать современные политологические концепции, дать им правильную научную оценку.

В полной мере эти слова справедливы по отношению к учению о политической партии, созданному немецким социологом и историком Р.Михельсом,некоторые аспекты которого являются предметом историографического анализа в настоящей статье. Свою задачу автор видит в попытке выявить квинтэссенцию научной аргументации Р.Михельса, рассмотреть обобщенные исследователем перспективы партии как социально-политического института в условиях демократической политической системы.

Р.Михельс изложил свои взгляды в отношении политических партий и сущности этого социально-политического института в жизни общества, в книге "Zur Soziologie des Parteiwesens in der modernen Demokratie. Untersuchengen uber die oligarchischen Tendenzen des Gruppenlebens von Robert Michels. Leipzig, 1911" /"Социология политической партии в условиях демократии. Исследование олигархических тенденций партийной жизни"/. Увидевшее свет в 1911 году на немецком языке, исследование Р.Михельса, к сожалению, до сих пор полностью не переведено и не опубликовано на русском языке[4].

Р.Михельс продолжил линию критического исследования политических партий. При этом основной акцент ученый сделал на попытке эмпирически изучить партии с точки зрения их "внутренней" жизни, выяснить, какое влияние внутрипартийные организационные процессы оказывают на политический механизм представительной демократии. В основе подхода к определению политической партии у Р.Михельса лежит сформулированный им "железный закон олигархии", увязывающий развитие партийной организации с неизбежным возникновением в её структуре олигархии, руководящей верхушки, узкой группы лиц, узурпирующей власть. При помощи политико-социологического анализа внутренней природы партии немецкий ученый попытался объяснить комплекс олигархических тенденций, порождаемый партийными организационными структурами.

В анализе причин происхождения и деятельности политических партий в обществе Р.Михельс во многом солидарен с марксистским подходом. По мнению исследователя, существование в обществе классов, социальных групп, имеющих собственные экономические и политические интересы, делает необходимым оформление политических организаций, возникающих, как правило, на почве солидарности интересов.Неорганизованные массы никогда в политической борьбе своих целей не достигнут. Только партия как политическая организация этих масс может выступать в качестве средства выражения и осуществления совокупной воли."Принцип организации явяется абсолютно неотъемлемым условием политической борьбы масс", - констатирует Р.Михельс[5].

Хорошо известно, что первоначальный демократизм партийной жизни основывается на принципе формального равенства. Исторический опыт свидетельствует, что политическая партия создается вначале как организация равных заинтересованных лиц. Все члены организации имеют равные в ней права. Все имеют право выбора. Все могут быть избранными. Демократический принцип в партии гарантирует максимальному числу её членов вли яние на управление общественными делами и участие в них. Раз все посты являются выборными, следовательно, партийные чиновники на данном этапе лишь подчиняются исполнительным органам "массовой воли членов партии". К тому же они находятся в полной зависимости от всей партии, могут быть в любое время отозваны или заменены, - такова в общих чертах суть первоначального демократизма внутрипартийной жизни..

На этом этапе по отношению к своим авторитетным вождям , следуя логике рассуждений Р.Михельса,партийная масса является всесильной. Можно согласиться с Михельсом, что такое упорядоченное пользование партийной демократией на практике возможно лишь в очень ограниченных случаях. Постепенно, в связи с ростом массовости партий, усложнением задач и требований политической борьбы (индивидуального умения, ораторского таланта, обширных социальных знаний и т.п.) для эффективного выполнения партийных функций необходимыми становятся определенные личные способности, которыми изначально не обладает каждый член организации (партии или профсоюза).

Так, постепенно создаются предпосылки к насильственному ограничению и шаблонизации происходившего до некоторых пор естественным путем процесса превращения авторитетного вожака в освобожденного партийного руководителя.

Здесь мы сталкиваемся с явлением,которое Р.Михельс характеризует как парадокс демократии. С одной стороны, без партийной организации практическое осуществление демократии невозможно: массовая воля, возникающая как следствие общих интересов определенных людей или социальных групп, должна быть организована и объединена. Но партийная организация, с другой стороны, неизбежно по теории Р.Михельса, ограничивает и даже отрицает внутрипартийную демократию. В несовместимости демократии и принципа партийной организации заключается одна из ключевых мыслей исследования Р.Михельса "Социология политической партии в условиях демократии". По его мнению, проявление демократии в партийной жизни - есть ни что иное, как свежеиспеченная тирания[6].

Логика рассуждений исследователя заключается в следующем.По его мнению, в самой природе партийной организации заложены олигархические тенденции, которые не поддаются контролю; внутренний механизм партийной организации вызывает в её структуре серьёзные изменения, что радикально делит любую партию на руководящее меньшинство и управляемое большинство.

Необратимая олигархическая тенденция, согласно Р.Михельсу, имеет корни: 1) в сущности человеческой природы; 2) в сущности политической борьбы; 3) в сущности организации.

В своем исследовании Р.Михельс обстоятельно анализирует административно-технические, психологические и интеллектуальные причины, делающие необходимым в любой политической партии институт вождизма. Ученый приходит к выводам,что в любой политической партии неизбежно появляется устойчивый круг людей, для которых руководство партийной организацией становится профессиональным занятием. Эта деятельность дает им материальныем блага, престиж, удовлетворяет их психологически. Постепенно "вожди" идентифицируют себя с организацией, а свои интересы отождествляют с интересами организации. Централизация, строгая партийная дисциплина, вызванная условиями политической борьбы, превращаются в средство закрепления господствующего положения партийных функционеров. Демократический контроль со стороны членов партии постепенно становится невозможным. Вожди, рассматривая организацию под углом зрения возникших привилегий делают все, чтобы сохранить её. Политика становится умеренной или даже консервативной. Делается сильный акцент на приспособление к окружающей социальной среде. Официально декларированные цели, программы, эгалитарная идеология внешне сохраняются, реально же происходит отказ от радикальных целей, ради осуществления которых создавалась партия. Такова суть явления, которое Р.Михельс определил как "железный закон олигархии".

Действительно, политическая история ХХ столетия зафиксировала процесс создания касты профессиональных политиков, специально подготовленных политических экспертов, свойственный как рабочему и социал-демократическому, так и либеральному движениям. Это, в свою очередь, что способствовало созданию "партийно-политической элиты" ,"касты вождей", повышению их власти над партийными массами.

С ростом организации количество функций, ранее выполняемых выборными органами постепенно переходит к представительным, а демократический контроль в партии сжимается до все более узких пределов, - отмечает Р.Михельс еще одну тенденцию, характерную для внутрипартийной жизни. Закономерным является и то, что с возникновением мощного сооружения партийных структур утверждается принцип разделения труда. Как следствие - формируется строго обособленная партийная бюрократия. Можно согласиться с обоснованиями Михельса, что партийно-бюрократическая олигархия обусловлена организационно-техническими потребностями и представляет собой условие упорядоченного функционирования партийной машины[7].

В этой связи необходимо отметить, что выводы Р.Михельса в определенной степени явились отражением организационной перестройки политических партий из "свободных объединений единомышленников" в организации с разветвленным бюрократическим аппаратом, происходившей в конце Х!Х-начале ХХ века. Организационная перестройка партий была вызвана объективными условиями, когда с введением в промышленно развитых странах всеобщего избирательного права, главным в практической деятельности партий стала борьба за массовое членство и максимальное число голосов избирателей на выборах.

В ходе исследования внутренней природы партийной организации Р.Михельс заключает, что сам характер постоянной организации требует как по формальным, так и по тактическим причинам постоянных вождей. Профессиональные вожди не появляются до тех пор, пока партия остается неоформленной. Так , из истории известно, что анархисты не имеют постоянных вождей. Сам же институт вождизма, надо признать, был известен во всех исторических эпохах и присущ большинству видов человеческой деятельности.

Изучению происхождения и характера господства института профессионального вождизма в массовых политических партиях эпохи социального плюрализма посвящена большая часть исследования Р.Михельса "Социология политической партии в условиях демократии". С феноменом профессионального руководства партийной организацией ученый напрямую связывает другие признаки олигархических тенденций, которым подвержены политические партии. К ним относятся:

  • несменяемость партийных руководителей, вытекающая из необходимости обеспечения стабильности руководства партийными массами;
  • распространение плутократии в партийной жизни;
  • использование органов партийной печати для формирования стереотипов "достойности" и "незаменимости" партийных руководителей;
  • преобладание вождей высокого ранга на всех партийных съездах, представляющих собой ни что иное, как многократно просеянную партию;
  • различные способы борьбы вождей за власть.

Последнее положение заслуживает более пристального рассмотрения, ибо в анализе практики взаимодействия руководителей и рядовых членов партии Р.Михельс выходит, на наш взгляд, на уровень универсальных (социологических в его интерпретации) закономерностей, как в отношениях между руководителями и подчиненными, так и между различными поколениями руководителей.

Теоретически руководитель (вождь) зависит от воли масс. В действительности же, - отмечает исследователь, - масса вообще никогда не способна к господству, но каждый входящий в нее индивид способен на это, если он обладает необходимыми положительными или отрицательными качествами, чтобы подняться над массой и выдвинуться в вожди. При этом, указывает Р.Михельм, - путь новых вождей к власти крайне мучителен. Решить его может только благосклонность масс. Не потому ли мы так часто становимся свидетелями якобы "беззаветного служения" политических лидеров воле простого народа, что на деле в большинстве случаев является обыкновенной демагогией. "Демагоги, эти льстецы массовой воли, вместо того, чтобы поднимать массы, опускаются до их самого низкого уровня, но опять же лишь для того, чтобы под ложным искусственным прикрытием ( будто у них нет другого честолюбивого стремления как стоять на коленях перед массами в качестве верноподданейших слуг) надеть на них своё ярмо и господствовать от их имени", - данное наблюдение Р.Михельса является актуальным и для современной политической действительности[8].

Борьба между старыми и новыми вождями за власть над партийными массами редко заканчивается полным устранением первых. Р.Михельс утверждает, что скорее "заключительный акт этого процесса состоит не столько в смене элит, сколько в их реорганизации. Происходит их слияние"[9].

Надо сказать, что в начале ХХ столетия теория элит с её узловым тезисом об элитах как естественных продуктах крупномасштабных социальных организаций явилась в определенной степени реакцией на марксистскую теорию классов и классововй борьбы. Как известно, основоположники элитизма пришли к пессимистическим воззрениям на перспективы политического развития в условиях демократического процесса. Р.Михельс (со своим "железным законом олигархии") , Г.Моска , (создавший теорию "правящего класса"), В.Парето,( выступавший с теорией "циркуляции элит"), разделяли ряд общих посылок, а именно:

  • власть, как и все социальные блага, распределяются в обществе неравномерно;
  • люди делятся на две категории - имеющих значительную политическую власть и не имеющих таковой;
  • элита внутренне однородна, едина и характеризуется групповым сознанием, сплоченностью и единством( в смысле целей и намерений);
  • элита воспроизводит себя и рекрутируется из крайне узкого привилегированного социального слоя.

Вследствие вышеперечисленных факторов элита, в сущности, автономна, не подотчетна массам и руководствуется при решении политических вопросов только собственными и интересами.

Определенный интерес представляют рассуждения Р.Михельса о процессе эволюции "новых" вождей. Р.Михельс отмечает тенденцию, что с свержением тирании своих предшественников и занятием постов, дающих обладание властью, в "новых" руководителях начинают происходить психологические метаморфозы, в конце которых они, если не по форме, то непременно по содержанию, становятся как две капли воды похожими на поверженных тиранов. Вывод, который дает история этой метаморфозы, Михельс формулирует следующим образом:"Оппозиция претендентов

на пост вождя против старых руководителей не является опасной для самой партийной системы и для системы господства вождей. Современные революционеры становятся реакционерами в будущем..."[10].

Таким образом, психология и практика вождизма в начале века и как убеждает сравнительный анализ сегодня, во многом опираются на те же особенности и стереотипы элитарного и массового сознания, на одни и те же приемы и методы политических действий, в исследовании которых немалая заслуга принадлежит Р.Михельсу.

Согласно концепции Михельса современная политическая партия не может быть иной, как представительной (парламентарной у Р.М.) Представительный характер политической партии, действующей в условиях демократии, вызван диалектикой внутрипартийной жизни. Партийные массы вынуждены в силу известного ряда причин, делающих невозможной непосредственную (прямую) демократию в партии, делегировать свой суверенитет небольшому числу людей, уполномоченных постоянно представлять их интересы и вести партийные дела. Партийное делегирование, как и любой другой вид представительства, в частности парламентаризм, по теории Р.Михельса, при всех обстоятельствах будет означать "господство" представителей над представляемыми[11].

Выступая с позиций сторонника "идеальной демократии", Михельс в качестве идеала признаёт только непосредственную демократию, понимаемую им как прямое самоуправление путем принятия решений народным собранием. Далее указывая на практическую неосуществимость в силу целого ряда объективных причин этого идеала, всё остальное объявляется им вообще не демократией. Представительная демократия, по мнению исследователя, уже по своей природе олигархична и является господством представляющего над представляемым . Основной источник олигархический тенденций представительной демократии ученый связывает со спецификой ее организации. Исходя из идеи народного суверенитета, родоначальником которой считается Ж.Ж.Руссо[12], - Михельс делает заключение, что представительная система не обеспечивает народного суверенитета: "Между монархией и демократией, имеющей корни в представительной системе, имеет место лишь незначительное различие во времени, но вовсе не по существу. Суверенный народ может выбрать себе вместо одного короля целую категорию маленьких королей и, будучи неспособным самостоятельно осуществлять свою власть в государстве, добровольно уступит своё основное право. Единственное, что он сохранит за собой - это "воображаемое" право время от времени выбирать себе новых господ"[13].

Подчеркивая огромное значение демократических принципов Р.Михельс, в то же время указывает причины, препятсвующие развитию демократии в пределах любой организации, приходит, таким образом, к пессимистическим выводам относительно будущего демократии. "Демократия ведет к олигархии, по своей природе заключается в олигархии", - данный тезис проходит красной нитью через все его исследование проблемы функциональной организации демократии. Этот тезис выступает у Михельса как социологический закон человеческой истории, доказывающий, что демократия несовместима с институтом постоянных политических партий.

Такой пессимистический взгляд на демократию, убеждение в неизбежном приобретении демократией олигархической формы , против которой она борется, привели Р.Михельса к отказу от принципа демократии вообще. От социал-демократизма и анархо-синдикализма, от энергичного антиавторитаризма ранних работ (в молодости он являлся членом СДПГ) Р.Михельс пришел к авторитарным, а затем и профашистским идеям, закончив свою политическую карьеру сотрудником в администрации Муссолини.

Такое понимание представительной демократии не было в начале ХХ столетия открытием Р.Михельса. Оно, например, вполне согласовывалось с политическими взглядами Прудона, который считал, что народные представители , овладев властью, сразу же начинают укреплять и возвышать свою власть, непременно оограждая своё положение защитными мерами и окончательно освобождаясь от популистской зависимости. Именно таковым представлялся ход развития любой исходящей от народа и возвышающейся над народом власти большинству исследователей демократии начала ХХ века. Представлять - это значит выдавать единичную волю за массовую. Это возможно лишь в частных случаях, относительно ясно определенных простых вопросов и при кратковременном делегировании. Продолжительное представительство при всех обстоятельствах будет означать ни что иное, как господство представителей над представляемыми, - в этом автор полностью солидарен с позицией Р.Михельса, не потерявшей актуальности и в наши дни, когда политическая жизнь приобретает все более сложные формы.

Сегодня можно по-разному относится к теоретическим построениям Р.Михельса, выдвинувшим идею неизбежного олигархического перерождения всех демократических партий и систем.

Если Марченко и Фарукшин в своих ранних работах обвиняли Р.Михельса в неосновательном абсолютизировании опыта буржуазных и мелкобуржуазных партий, возведении в ранг социологического закона присущих им черт, превращении их в некие вечные, неизменные признаки всякой политической партии, то другой отечественный исследователь Т.Б. Бекназар-Юзбашев скорее соглашается с тем, что хотя непосредственным объектом исследований Р.Михельса выступали социал-демократические партии, его общие выводы касались в равной мере института партий в целом"[14].

Несмотря на противоречивое отношение в научной литературе к концептуальным построениям Р.Михельса, одно, по мнению автора настоящей статьи бесспорно. Историко-социологические характеристики политических партий и демократии , сделанные в начале нашего столетия Р.Михельсом, являются одним из кирпичиков теоретико-методологического фундамента, лежащего в основании современных концепций политической демократии. Своим исследованием "Zur Soziologie des Parteiwesens in der modernen Demokratie" Р.Михельс наряду с другими авторами сумел обозначить одну из узловых проблем политической науки ХХ столетия - как должна быть функционально организована демократия, каков доложен быть её политический механизм, чтобы в рамках демократической системы можно было эффективно разрешать неизбежно возникающие в плюралистическом обществе конфликты, не идяв тоже время на риск её уничтожения.

Если обратиться к современному состоянию проблемы функциональной организации демократии, необходимо отметить, что основной интерес у исследователей вызывали и вызывают попытки соединения концепции плюралистической демократии с теорией групп и элит. С точки зрения теории плюралистической демократии, ставшей как бы теоретической моделью второй половины ХХ столетия, демократия является не правлением народа, а правлением по поручению и под контролем народа с периодической сменой у кормила власти элитных групп, находящихся в конкурентной борьбе за голоса избирателей.В известном смысле можно сказать, что концепция плюралистической демократии явилась своего рода ответом на олигархические конструкции М.Острогрского,Р.Михельса, М.Вебера и других теоретиков первой половины ХХ века, послуживших источником негативного отношения к возможностям либеральной демократии.

Другим важнейшим аспектом, который продолжает привлекать внимание современных исследователей являются так называемые "внутренние" функции политических партий в условиях демократии - иными словами, вопросы, связанные с решением проблем партийного строительства, членства, а также характер тенденций, порождаемых различными внутрипартийными организационными структурами и их возможные последствия для демократии. Признавая институт политических партий неотъемлемым элементом современной демократии, большинство политологов тем не менее продолжают считать, что все партии тяготеют к олигархической структуре, выгодной для небольшой прослойки партийных руководителей - профессиональных вождей.

Всеобщее избирательное право и принцип представительства - вот те каналы, по которым "олигархический феномен" распространяется на все общество и создает угрозу для демократии, - это положение, сформулированное впервые Р.Михельсом, до сих остается аксиомой исследовний политических партий. Так, самый авторитетный среди современных исследователей проблематики партий в условиях демократии французский политолог М.Дюверже, анализируя олигархическую тенденцию в современных политических партиях приходит к выводу, что демократии угрожает не режим партий, а нынешняя направленность эволюции их внутренних структур. Он, в частности, указывает, что организация политических партия явно не соответствует ортодоксальным понятиям демократии; их внутрення стуктура, в сущности, олигархическая и автократическая; их лидеры кооптируются и назначаются центральным органом; они имеют тенденцию к тому, чтобы образовывать правящий класс, более или менее замкнутую касту, изолированную от функционеров. Это означает, что массы избирателей подчиняются членам и функционерам, в свою очередь подчиненным правящим органам власти. Наиболее глубокий смысл существования и деятельности партий в современных условиях, помимо общественнозначимых функций состоит по мнению М.Дюверже, в тяготении политических партий к формированию новых элит, что придает подлинное, реальное значение понятию "представительства"[15]

Современная демократия нередко определяется как элитарная. Но это "демократический элитизм", осуществляющийся в условиях политического плюрализма. Современной демократии свойственен плюрализм элит, тогда как для тоталитаризма характерны однородные элиты. Конкуренция между элитами, если не делает невозможным, то во всяком случае серьезно усложняет захват власти той или иной "политической кликой". Режим без партий увековечивает власть правящей элиты, в образовании которой главную роль сыграли происхождение, деньги или занимаемые посты. Исторический опыт учит, что внутренняя логика развития "единственной" партии неизбежно порождает у нее стремлениее представлять себя, в конечном счете, выразительницей интересов всей нации. Данная тенденция наиболее ярко проявилась в нашей стране, где в силу неумолимого действия закона концентрации власти от имени всего народа говорила и вела политику уже не партия в целом, а сначала её политическое руководство, а затем - один верховный руковдитель, олицетворяющий "волю народа".

Пока не найдено альтернатив демократии актуальным остается вопрос как улучшить политическую систему общества. Думается, что как раз сегодня, когда в России предпринимаются попытки строительства многопартийной политической системы,в Государственной Думе обсуждается проект закона "О политических партиях" особенно актуально всестороннее изучение идейно-теоретического наследия классиков мировой политической науки, к числу которых принадлежит и имя Р.Михельса, что может дать существенные импульсы для диалога по многим актуальным для современной России проблемам политического развития.

А.Г.Майоров



[1]Cм.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 7. С. 344.

[2] Там же. Т. 24. С. 278.

[3] Так, до работ Р.Михельса и М.Острогорского, отмечают известные западные ученые Дж.Лапаломбара и М.Винер, в действительности не было сколько-нибудь серьезных попыток изучить партии эмпирически либо поставить их в контекстве демократии. Подробнее см.: Марченко М.Н., Фарукшин М.Х. Буржуазные политические партии. М., 1987. С. 7.

[4] Российский читатель получил возможность впервые познакомиться с избранным содержанием некоторых глав исследования Р.Михельса, перевод и комментарий которых осуществил А.Ф.Филипов (Диалог, 1990-1991).

[5] Michels R. Zur Soziologie des Parteiwesensin der modernen Demokratie. Untersuchengen uber die oligarchischen Tendenzen des Gruppenlebens von Robert Michels". Leipzig, 1911. S. 25.

[6] Ibid. S. 19.

[7] Ibid. S. 262.

[8] Ibid. S. 180.

[9] Ibid. S. 312.

[10] Ibid. S. 187.

[11] Ibid. S. 24.

[12] Как известно, Ж.Ж.Руссо определял власть народа как осуществление общей воли и делал выводы о неделимости и неотчуждаемости этой власти.

[13] Michels R. Zur Soziologie des Parteiwesensin der modernen Demokratie. Untersuchengen uber die oligarchischen Tendenzen des Gruppenlebens von Robert Michels". Leipzig, 1911. S. 18.

[14] См.: Марченко М.Н., Фарукшин М.Х. Буржуазные политические партии. С.10. Подробнее см.: Бекназар-Юзбашев Т.Б. Партии в буржуазных политико-правовых учениях. М., 1988. С. 137.

[15] См.: Duverger M. Politikal parties: the ir organisation and activity in the modern state. N.Y.,1963.




Если вас заинтересовала данная страница, возможно, вам будут интересны сайты по следующим ссылкам:

На страницу назад

 
 
©1999-2010 CSR Research (ООО "Центр социальных исследований и маркетинговых технологий")
Статистика
Rambler's Top100

Разместите наш баннер
Vybory.ru: Выборы в России