Новости
Архив публикаций
Научный журнал
Свежие газеты

Политика в WWW
Технология кампаний
Исследования
Выборы-справочник
Законы о выборах


От редактора
О проекте
Информационные спонсоры

Наш форум
Гостевая книга
Пишите письма
Top
Исследования

 
Второе полугодие 1997 года. Внутренняя политика.

 
Поражение "молодых реформаторов"

Поражение, которое потерпела в прошедшем полугодии команда "молодых реформаторов", является зримым свидетельством исчерпанности прежней модели реформирования и формирования общественной потребности в новом, более органичном для России курсе реформ. По мнению многих аналитиков, одной из причин конфликта между правительственной командой "молодых реформаторов" и частью финансовой элиты стали итоги состоявшегося в конце июля приватизационного конкурса по "Связьинвесту", в результате которого группировки Б.Березовского и В.Гусинского, считавшиеся стратегическими союзниками двух первых вице-премьеров, потерпели поражение в борьбе за контроль над ведущей российской телекоммуникационной компанией. Однако представляется, что такая оценка страдает излишним упрощением.

Глубинные причины данного конфликта следует искать в сущностных особенностях процесса преобразования отношений собственности в России, приватизации и, в частности, ее нынешнего этапа, объектом которого стали ведущие предприятия реального сектора экономики. В предшествующий период, когда фактически приватизировались финансовые потоки, доступ к бюджетным ресурсам, ведущие группы и кланы российской элиты не могли решить задачу создания прочной финансово-материальной базы своего лидирующего положения. Установление же контроля над ключевыми компаниями реального сектора экономики открывает перед ними перспективу политико-экономической стабильности. Данное обстоятельство само по себе предопределяло особую остроту конфликтов внутри элиты. "Молодые реформаторы" не могли не учитывать этого фактора, разрабатывая планы нового этапа приватизации, которые помимо достижения стратегической цели - окончательного разгосударствления российской экономики, - были ориентированы и на решение вполне утилитарной задачи - получить в бюджет средства, необходимые для погашения задолженности государства по зарплатам и пенсиям. С учетом складывавшихся к концу лета реалий перед группой Чубайса-Немцова теоретически открывалось два варианта действий.

Первый сценарий предполагал, что "молодые реформаторы" возьмут за основу своей стратегии линию на восстановление роли государства как выразителя консолидированных общенациональных интересов, устанавливающего единые для всех социальных и хозяйственных субъектов правила игры и строго следящего за их исполнением. Естественно, что реализация подобной стратегии неизбежно должна была привести группу Чубайса-Немцова к жестким столкновениям с влиятельными фракциями политической и финансовой элиты. В такой ситуации "молодые реформаторы" могли рассчитывать на успех только создав вокруг себя широкую коалицию различных общественных сил. Однако ни региональные лидеры, ни директорат промышленных предприятий, ни верхушка силовых ведомств, ни основная масса российского чиновничества, еще весной довольно отчетливо обозначившие негативное отношение к политическому лозунгу "второй либеральной революции", по вполне понятным причинам не могли поддержать первых вице-премьеров, заняв в начавшемся конфликте нейтрально-выжидательную позицию. А левая оппозиция, контролирующая Государственную Думу, чутко уловив ослабление "молодых реформаторов", не вступая с ними в открытое столкновение, фактически "замотала" все их основные инициативы - "реалистический" бюджет на 1998 г., проект Налогового кодекса и социальных законов.

Попытки "молодых реформаторов" апеллировать к общественному мнению с целью привлечения на свою сторону массовых слоев населения не принесли никакого результата. Вброшенная в общественное мнение идеологема "народного капитализма", при котором бизнес должен быть отделен от государства и поставлен на службу общественным интересам, не смогла сыграть роль эффективного инструмента политической мобилизации. В то же время тесные связи "молодых реформаторов" с некоторыми привилегированными финансовыми группировками (ОНЭКСИМом), устойчиво негативный образ А.Чубайса в массовом сознании как одного из основателей нынешней социально-экономической системы, - все это делало команду первых вице-премьеров весьма уязвимой с точки зрения попыток обретения ими нового политического имиджа - "государственников", борцов за социальную справедливость.

Ухудшение в сентябре социально-экономической ситуации в стране, выразившееся в новом росте задолженности по зарплате, лишило "молодых реформаторов" их главного политического аргумента, на котором они строили свою идеологическую кампанию, - мифа о себе как единственной команде, способной решить эту застарелую и наиболее болезненную социальную проблему. Разразившийся в конце октября мировой финансовый кризис, приведший к значительному падению акций ведущих российских предприятий и вынудивший Центробанк РФ затратить до трети валютных ресурсов на поддержание рубля, нанес удар по репутации "молодых реформаторов" как менеджеров-профессионалов, на которых держится стабильность отечественной финансовой системы.

Оказавшись в политической изоляции, первые вице-премьеры были поставлены перед необходимостью вернуться к уже известной по 1992 г. схеме действий, когда недостатки ресурсов компенсировались мощной поддержкой Президента. Но почувствовав негативное отношение к политике "молодых реформаторов" со стороны бÓльшей части элиты, воочию увидев их неудачи в решении проблемы задолженности, глава государства предпочел дистанцироваться от группы Чубайса-Немцова. 15 сентября на встрече с лидерами российского банковского сообщества Б.Ельцин продемонстрировал двойственную позицию в отношении конфликта между финансовыми тузами и первыми вице-премьерами. Не имели успеха и попытки А.Чубайса и Б.Немцова убедить Президента в необходимости произнести в начале октября в одном из провинциальных центров программную речь, в которой он озвучил бы лозунг борьбы с финансовой олигархией в качестве ключевой политической задачи.

А когда Б.Ельцин, в конце концов, действительно попытался в самых общих чертах сформулировать некую стратегическую концепцию, ее смысл оказался более чем неожиданным для либерально настроенных кругов, считающих себя сторонниками "молодых реформаторов": в одном из своих ноябрьских радиообращений Президент подверг критике всю предшествующую парадигму российских реформаторов, исходившую из того, что зарубежные инвестиции являются краеугольным камнем в процессе оживления российской экономики и преодолении ею периода спада и стагнации. Глава государства фактически призвал к опоре на собственные резервы, что сразу же заставило задуматься о том, какие масштабные изменения во внутриполитическом курсе, в судьбах политической системы, ее субъектов и институтов, в политическом климате могут произойти в случае реализации этой новой формулы.

И хотя Президент сегодня уже явно не в состоянии предпринять серьезные шаги для ее воплощения в жизнь (чем вполне могут заняться его преемники), данная формула представляется чрезвычайно важной как отражение новых реалий, под влиянием которых начинает развиваться политический процесс. Да и сам Б.Ельцин, долгое время оставлявший без внимания массовый вброс компромата на "молодых реформаторов", осуществлявшийся прессой, подконтрольной Б.Березовскому и В.Гусинскому, в конечном итоге в конце ноября поддался давлению и после умело раскрученной в СМИ истории с гонораром за книгу о приватизации в России уволил ключевые фигуры чубайсовской команды из правительства и администрации Президента.

Второй сценарий предполагал агрессивную стратегию действий против оппонентов из банковской среды с опорой на организационные, финансовые и информационные ресурсы команды "молодых реформаторов". С точки зрения легитимации своих действий в общественном мнении, подобная стратегия была весьма уязвимой, так как она оставляла противникам поле для критики за политическое двурушничество, за стремление прикрыть благими призывами к построению "народного капитализма" попытку создания собственной политико-финансовой империи с перспективами завоевания президентского кресла на выборах 2000 года.

На практике первые вице-премьеры пытались комбинировать оба указанных варианта, опираясь при этом преимущественно на второй. Однако и здесь они явно не рассчитали свои силы. Первоначальная ставка на ОНЭКСИМбанк как главный финансовый ресурс себя не оправдала. Примерно к октябрю эта мощнейшая финансовая группировка, почувствовав шаткость позиций "молодых реформаторов", осторожно дистанцировалась от них, поведя собственную политическую игру. В печати стали появляться сообщения о намерении главы ОНЭКСИМа В.Потанина самому принять участие в президентских выборах 2000 года.

Противниками "молодых реформаторов" была заблокирована и их попытка оформить собственную финансовую империю через специально созданную для аккумулирования средств и реализации планов финансовой экспансии компанию "Монтес Аури" во главе с бывшим вице-премьером и главой Госкомимущества А.Кохом, вынужденным уйти в отставку со своего поста в августе после скандала со "Связьинвестом". Как только стало известно о планах "Монтес Аури" принять участие в приватизации компании "Роснефть", московская городская прокуратура активизировала следственные действия по делу А.Коха, заведенному вскоре после конкурса по "Связьинвесту". Уже в декабре противники сильно ослабевших "молодых реформаторов" разгадали разработанную последними сложную схему, согласно которой кредит у нескольких западных банков, который предполагалось взять на поддержание стабильности российской финансовой системы, на деле должен был быть направлен на приватизацию все той же "Роснефти". В итоге очередная "сделка века" была сорвана.

Большой просчет был допущен "молодыми реформаторами" и в отношении организационных ресурсов. После перехода из администрации Президента в правительство одного из ближайших соратников А.Чубайса М.Бойко у первых вице-премьеров не осталось серьезных кадровых позиций в этом органе. До определенного момента они надеялись на поддержку или, по крайней мере, на нейтралитет в конфликте ближайшего окружения Президента, прежде всего главы его администрации В.Юмашева и Т.Дьяченко, дочери главы государства, занимающей пост советника Б.Ельцина. По различным оценкам, эти влиятельные фигуры вплоть до начала ноября (то есть до отставки заместителя секретаря Совета безопасности Б.Березовского, являвшегося главным политическим противником А.Чубайса) действительно занимали нейтральную позицию. Однако уход из высших эшелонов власти Б.Березовского, с которым, по данным прессы, эту группу связывают тесные финансовые интересы, заставил ее резко изменить позицию и начать борьбу с "молодыми реформаторами". По мнению большинства экспертов, эффективное раскручивание ноябрьского "книжного скандала" было бы невозможным без участия В.Юмашева и Т.Дьяченко.

Не оказалось у первых вице-премьеров и значительных ресурсов для ведения эффективной информационной войны со своими противниками. Курируемый А.Чубайсом Второй канал общенационального телевидения в силу нежелания его руководства вступать в открытый конфликт с мощными группировками элиты не смог противостоять агрессивной кампании против "молодых реформаторов", инициированной контролируемыми Б.Березовским и В.Гусинским каналами ОРТ и НТВ. Большинство печатных СМИ также оказалось на стороне "банкиров-диссидентов". Нанося выверенные и просчитанные удары по наиболее уязвимой позиции "молодых реформаторов" - их связям с ОНЭКСИМом - противники А.Чубайса и Б.Немцова морально и политически дискредитировали их команду.

Сохранение А.Чубайса в правительстве при таких условиях может быть объяснено только двумя причинами. Во-первых, в случае дальнейшего ухудшения социально-экономической ситуации и невыполнения обязательств по погашению задолженности по зарплате, он становится выгодным для премьера и для думского большинства "козлом отпущения" за провалы правительственного курса. Во-вторых, в наметившемся во второй половине декабря конфликте между Б.Березовским и поддерживающей его частью президентского окружения, с одной стороны, и премьером, с другой, А.Чубайс может сыграть для В.Черномырдина чрезвычайно важную роль противовеса действиям тех сил, которые заинтересованы в ослаблении позиций главы правительства и его группы.

В результате осенних изменений Б.Немцов оказался в состоянии политической изоляции в высших эшелонах власти. За полгода пребывания в Москве на посту первого вице-премьера он так и не смог аккумулировать собственные организационно-политические, финансовые и информационные ресурсы. Его популистские начинания (пересадка госчиновников с иномарок на "Волги", инициатива декларирования высшими чиновниками своих доходов, тендеры на проведение госзакупок на нужды армии) потерпели полный провал. Реформа жилищно-коммунального хозяйства, не проработанная ни в экономическом, ни в социальном плане, фактически захлебнулась, столкнувшись с саботажем со стороны региональных властей и аппаратов федеральных ведомств.

На деле у Б.Немцова остался только один ресурс - благосклонное отношение к нему Президента. Однако в нынешней ситуации этот ресурс пока не открывает первому вице-премьеру перспективы начала собственной большой политической игры. Более того, как отмечают некоторые наблюдатели, благосклонность Президента к этому "молодому реформатору" отнюдь не является константой. По сути дела, в администрации Ельцина к нему уже установилось достаточно прохладное отношение, разделяемое, судя по всему, фигурами из ближайшего окружения стареющего Президента, такими, как Т.Дьяченко и глава администрации В.Юмашев, в глазах которых ряд серьезнейших политических просчетов, допущенных Б.Немцовым (его конфронтация с Б.Березовским, непродуманные заявления, импровизации, вызывающие крайне негативную реакцию в губернаторском корпусе и недоумение у влиятельных сил за рубежом, и т.д.) ныне обесценили эту фигуру.

"Выволочка", публично устроенная в конце года Б.Ельциным первому вице в связи с попытками "молодых реформаторов" разделить ответственность за выплату бюджетной задолженности между федеральным правительством и региональными бюджетами ("это одна страна" и "одно слово", которое было дано народу), продемонстрировала шаткость положения Б.Немцова. Тем более, что фоном, на котором прозвучали напоминания Президента об ответственности, лежащей на Немцове, стало возмущенное обсуждение в сенате высказываний последнего в пользу кредитной и инвестиционной дискриминации регионов, входящих в так называемый "красный пояс". При этом сенаторы не только единодушно заняли отрицательную позицию в отношении первого вице, но и выдвинули в его адрес обвинения, которые, как известно, в глазах российского Президента являются убийственными, - в политической безответственности, "мальчишестве" и т.д. Ныне можно с уверенностью прогнозировать дальнейшее ослабление политического потенциала Б.Немцова.

Провал "молодых реформаторов" фактически заблокировал на неопределенное время планы углубления либеральных реформ и создал условия для очередного колебания политического маятника в противоположную сторону - в направлении более консервативной и умеренной политики и той части истеблишмента, которая ее олицетворяет.

Важным представляется вопрос о том, возможен ли был компромисс внутри элиты на каком-то из этапов кризиса. Если рассуждать в контексте российской приватизации, то следует признать, что, принимая во внимание ее экспансионистский, захватнический характер на фоне истощения финансовых ресурсов страны, такая альтернатива выглядела мало реалистичной. В конкретном плане компромисс был бы возможен лишь на неприемлемых для "молодых реформаторов" условиях - отказа от реализации своих приватизационных планов и следования в фарватере политики части бизнес-элиты.

На страницу назад

 
 
©1999-2010 CSR Research (ООО "Центр социальных исследований и маркетинговых технологий")
Статистика
Rambler's Top100

Разместите наш баннер
Vybory.ru: Выборы в России